Неточные совпадения
Чичиков глядел на него пристально
и думал: «Что ж? с этим, кажется, чиниться
нечего». Не отлагая дела в дальний ящик, он объяснил полковнику тут же, что так
и так: имеется надобность вот в каких душах, с совершеньем таких-то крепостей.
«Что ж? почему ж не проездиться? —
думал между тем Платонов. — Авось-либо будет повеселее. Дома же мне делать
нечего, хозяйство
и без того на руках у брата; стало быть, расстройства никакого. Почему ж, в самом деле, не проездиться?»
Ах, да! я ведь тебе должен сказать, что в городе все против тебя; они
думают, что ты делаешь фальшивые бумажки, пристали ко мне, да я за тебя горой, наговорил им, что с тобой учился
и отца знал; ну
и, уж
нечего говорить, слил им пулю порядочную.
—
Нечего и говорить, что вы храбрая девушка. Ей-богу, я
думал, что вы попросите господина Разумихина сопровождать вас сюда. Но его ни с вами, ни кругом вас не было, я таки смотрел: это отважно, хотели, значит, пощадить Родиона Романыча. Впрочем, в вас все божественно… Что же касается до вашего брата, то что я вам скажу? Вы сейчас его видели сами. Каков?
«Конечно, — пробормотал он про себя через минуту, с каким-то чувством самоунижения, — конечно, всех этих пакостей не закрасить
и не загладить теперь никогда… а стало быть,
и думать об этом
нечего, а потому явиться молча
и… исполнить свои обязанности… тоже молча,
и…
и не просить извинения,
и ничего не говорить,
и…
и уж, конечно, теперь все погибло!»
—
И думать об этом
нечего.
— Так уж
и думать об этом
нечего?
Никто не знал
и не видал этой внутренней жизни Ильи Ильича: все
думали, что Обломов так себе, только лежит да кушает на здоровье,
и что больше от него
нечего ждать; что едва ли у него вяжутся
и мысли в голове. Так о нем
и толковали везде, где его знали.
Сидишь, не заботясь, не
думая ни о чем, знаешь, что около тебя есть человек… конечно, немудрый, поменяться с ним идеей
нечего и думать, зато нехитрый, добрый, радушный, без претензий
и не уязвит тебя за глаза!
— Погоди, дай еще
подумать. Да, тут
нечего уничтожить, тут закон. Так
и быть, кум, скажу,
и то потому, что ты нужен; без тебя неловко. А то, видит Бог, не сказал бы; не такое дело, чтоб другая душа знала.
— Поди с ним! — говорил Тарантьев, отирая пот с лица. — Теперь лето: ведь это все равно что дача. Что ты гниешь здесь летом-то, в Гороховой?.. Там Безбородкин сад, Охта под боком, Нева в двух шагах, свой огород — ни пыли, ни духоты!
Нечего и думать: я сейчас же до обеда слетаю к ней — ты дай мне на извозчика, —
и завтра же переезжать…
Но после этого часа прошел еще час, два, три, все пять часов, которые он ставил себе самым дальним сроком терпения,
и положение было все то же;
и он всё терпел, потому что больше делать было
нечего, как терпеть, каждую минуту
думая, что он дошел до последних пределов терпения
и что сердце его вот-вот сейчас разорвется от сострадания.
«Впрочем, это дело кончено,
нечего думать об этом», сказал себе Алексей Александрович.
И,
думая только о предстоящем отъезде
и деле ревизии, он вошел в свой нумер
и спросил у провожавшего швейцара, где его лакей; швейцар сказал, что лакей только что вышел. Алексей Александрович велел себе подать чаю, сел к столу
и, взяв Фрума, стал соображать маршрут путешествия.
Последний отдел долгов — в магазины, в гостиницы
и портному — были такие, о которых
нечего думать.
«Это всё само собой, —
думали они, —
и интересного
и важного в этом ничего нет, потому что это всегда было
и будет.
И всегда всё одно
и то же. Об этом нам
думать нечего, это готово; а нам хочется выдумать что-нибудь свое
и новенькое. Вот мы выдумали в чашку положить малину
и жарить ее на свечке, а молоко лить фонтаном прямо в рот друг другу. Это весело
и ново,
и ничего не хуже, чем пить из чашек».
Полчаса спустя Анна Сергеевна в сопровождении Василия Ивановича вошла в кабинет. Доктор успел шепнуть ей, что
нечего и думать о выздоровлении больного.
— Эх, Анна Сергеевна, станемте говорить правду. Со мной кончено. Попал под колесо.
И выходит, что
нечего было
думать о будущем. Старая шутка смерть, а каждому внове. До сих пор не трушу… а там придет беспамятство,
и фюить!(Он слабо махнул рукой.) Ну, что ж мне вам сказать… я любил вас! это
и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно. Любовь — форма, а моя собственная форма уже разлагается. Скажу я лучше, что какая вы славная!
И теперь вот вы стоите, такая красивая…
«Ты кокетничаешь, —
подумал он, — ты скучаешь
и дразнишь меня от
нечего делать, а мне…» Сердце у него действительно так
и рвалось.
Матушка стала выть
и говорит: «Как Петрушке идти, он молод». Делать было
нечего, стали меня собирать. Сшила мне жена рубахи, собрала мне денег,
и назавтра надо было идти на ставку в город. Матушка убивалась — плакала, а я как
подумаю, что идти надо, так сердце сожмется, точно на смерть иду.
Мальчик стерег овец
и, будто увидав волка, стал звать: «Помогите, волк! волк!» Мужики прибежали
и видят: неправда. Как сделал он так
и два
и три раза, случилось —
и вправду набежал волк. Мальчик стал кричать: «Сюда, сюда скорей, волк!» Мужики
подумали, что опять по-всегдашнему обманывает, — не послушали его. Волк видит, бояться
нечего: на просторе перерезал все стадо.
— Что же о нем
думать? — отозвался Дмитрий
и прибавил, вздохнув: — Ему терять
нечего. Чаю не выпьешь?
«Устроился
и — конфузится, — ответил Самгин этой тишине, впервые находя в себе благожелательное чувство к брату. — Но — как запуган идеями русский интеллигент», — мысленно усмехнулся он.
Думать о брате
нечего было, все — ясно! В газете сердито писали о войне, Порт-Артуре, о расстройстве транспорта, на шести столбцах фельетона кто-то восхищался стихами Бальмонта, цитировалось его стихотворение «Человечки...
На жалобу ее Самгину
нечем было ответить; он
думал, что доигрался с Варварой до необходимости изменить или прекратить игру.
И, когда Варвара, разрумяненная морозом, не раздеваясь, оживленно влетела в комнату, — он поднялся встречу ей с ласковой улыбкой, но, кинув ему на бегу «здравствуйте!» — она обняла Сомову, закричала...
— Послушайте, Иван Кузмич! — сказал я коменданту. — Долг наш защищать крепость до последнего нашего издыхания; об этом
и говорить
нечего. Но надобно
подумать о безопасности женщин. Отправьте их в Оренбург, если дорога еще свободна, или в отдаленную, более надежную крепость, куда злодеи не успели бы достигнуть.
Разглядываешь, от
нечего делать, их лица
и не знаешь, что
подумать о их происхождении.
Вот вы видите, как теперь жарко; представьте, что в Индии такая зима; про лето
нечего и говорить; а наши, в этот жар, с раннего утра отправятся на охоту: чем, вы
думаете, они подкрепят себя перед отъездом?
И везде, во всех этих учреждениях, волнуется толпа зрителей;
подумаешь, что англичанам
нечего больше делать, как ходить
и смотреть достопримечательности.
Не так ли
и радость, прекрасная
и непостоянная гостья, улетает от нас,
и напрасно одинокий звук
думает выразить веселье? В собственном эхе слышит уже он грусть
и пустыню
и дико внемлет ему. Не так ли резвые други бурной
и вольной юности, поодиночке, один за другим, теряются по свету
и оставляют, наконец, одного старинного брата их? Скучно оставленному!
И тяжело
и грустно становится сердцу,
и нечем помочь ему.
— Да
думать нечего тут; я готов вскинуть на себя петлю
и болтаться на этом дереве, как колбаса перед Рождеством на хате, если мы продадим хоть одну мерку.
— Что не я убил, это вы знаете сами доподлинно.
И думал я, что умному человеку
и говорить о сем больше
нечего.
Нехлюдов попросил приказчика отпустить коров, а сам ушел опять в сад додумывать свою думу, но
думать теперь уже
нечего было. Всё это было ему теперь так ясно, что он не мог достаточно удивляться тому, как люди не видят
и он сам так долго не видел того, что так очевидно ясно.
—
Нечего мне успокаиваться. Ты
думаешь, я пьяна? Я
и пьяна, да помню, что говорю, — вдруг быстро заговорила она
и вся багрово покраснела: — я каторжная, б…., а вы барин, князь,
и нечего тебе со мной мараться. Ступай к своим княжнам, а моя цена — красненькая.
Воспитаем так не одного, а миллионы людей,
и потом поймаем одного
и воображаем себе, что мы что-то сделали, оградили себя,
и что больше уже
и требовать от нас
нечего, мы его препроводили из Московской в Иркутскую губернию, — с необыкновенной живостью
и ясностью
думал Нехлюдов, сидя на своем стуле рядом с полковником
и слушая различные интонации голосов защитника, прокурора
и председателя
и глядя на их самоуверенные жесты.
— Нам
нечего думать: как сказали, так
и будет, — сердито проговорил беззубый мрачный старик.
«Все молчит: как привыкнешь к нему?» —
подумала она
и беспечно опять склонилась головой к его голове, рассеянно пробегая усталым взглядом по небу, по сверкавшим сквозь ветви звездам, глядела на темную массу леса, слушала шум листьев
и задумалась, наблюдая, от
нечего делать, как под рукой у нее бьется в левом боку у Райского.
Чуть только начало светать, наш бивак опять атаковали комары. О сне
нечего было
и думать. Точно по команде все встали. Казаки быстро завьючили коней; не пивши чаю, тронулись в путь. С восходом солнца туман начал рассеиваться; кое-где проглянуло синее небо.
— Ну, молодец девка моя Вера, — говорила мужу Марья Алексевна, удивленная таким быстрым оборотом дела: — гляди — ко, как она забрала молодца-то в руки! А я
думала,
думала, не знала, как
и ум приложить!
думала, много хлопот мне будет опять его заманить,
думала, испорчено все дело, а она, моя голубушка, не портила, а к доброму концу вела, — знала, как надо поступать. Ну, хитра,
нечего сказать.
Года через два после того, как мы видим его сидящим в кабинете Кирсанова за ньютоновым толкованием на «Апокалипсис», он уехал из Петербурга, сказавши Кирсанову
и еще двум — трем самым близким друзьям, что ему здесь
нечего делать больше, что он сделал все, что мог, что больше делать можно будет только года через три, что эти три года теперь у него свободны, что он
думает воспользоваться ими, как ему кажется нужно для будущей деятельности.
— Меня, я
думаю, дома ждут обедать, — сказала Верочка: — пора. Теперь, мой миленький, я
и три
и четыре дня проживу в своем подвале без тоски, пожалуй,
и больше проживу, — стану я теперь тосковать! ведь мне теперь
нечего бояться — нет, ты меня не провожай: я поеду одна, чтобы не увидали как-нибудь.
Но она любила мечтать о том, как завидна судьба мисс Найтингель, этой тихой, скромной девушки, о которой никто не знает ничего, о которой
нечего знать, кроме того, за что она любимица всей Англии: молода ли она? богата ли она, или бедна? счастлива ли она сама, или несчастна? об этом никто не говорит, этом никто не
думает, все только благословляют девушку, которая была ангелом — утешителем в английских гошпиталях Крыма
и Скутари,
и по окончании войны, вернувшись на родину с сотнями спасенных ею, продолжает заботиться о больных…
— Да, ты можешь. Твое положение очень счастливое. Тебе
нечего бояться. Ты можешь делать все, что захочешь.
И если ты будешь знать всю мою волю, от тебя моя воля не захочет ничего вредного тебе: тебе не нужно желать, ты не будешь желать ничего, за что стали бы мучить тебя незнающие меня. Ты теперь вполне довольна тем, что имеешь; ни о чем другом, ни о ком другом ты не
думаешь и не будешь
думать. Я могу открыться тебе вся.
А теперь, покончив свое (как эгоист, всегда прежде всего думающий о себе,
и о других лишь тогда, когда уже
нечего думать о себе), он мог приняться
и за чужое, то есть за ее раздумье.
Через какие-нибудь полчаса раздумья для Лопухова было ясно все в отношениях Кирсанова к Вере Павловне. Но он долго все сидел
и думал все о том же: разъяснять-то предмет было уже
нечего, но занимателен был он; открытие было сделано в полной законченности всех подробностей, но было так любопытно, что довольно долго не дало уснуть.
Но когда жена заснула, сидя у него на коленях, когда он положил ее на ее диванчик, Лопухов крепко задумался о ее сне. Для него дело было не в том, любит ли она его; это уж ее дело, в котором
и она не властна,
и он, как он видит, не властен; это само собою разъяснится, об этом
нечего думать иначе, как на досуге, а теперь недосуг, теперь его дело разобрать, из какого отношения явилось в ней предчувствие, что она не любит его.
Борьба была тяжела. Цвет лица Веры Павловны стал бледен. Но, по наружности, она была совершенно спокойна, старалась даже казаться веселою, это даже удавалось ей почти без перерывов. Но если никто не замечал ничего, а бледность приписывали какому-нибудь легкому нездоровью, то ведь не Лопухову же было это
думать и не видеть, да ведь он
и так знал, ему
и смотреть-то было
нечего.
«А когда ж это Бозио успела выучиться по — русски?
И как чисто она произносит. Но какие же смешные слова,
и откуда она выкопала такие пошлые стишки? да, она, должно быть, училась по той же грамматике, по которой я: там они приведены в пример для расстановки знаков препинания; как это глупо, приводить в грамматике такие стихи,
и хоть бы стихи-то были не так пошлы; но
нечего думать о стихах, надобно слушать, как она поет: —
— «Ну, смотри же, учись хорошенько; а выучишься, прокладывай себе дорогу, тебе неоткуда ждать наследства, нам тебе тоже
нечего дать, устроивай сам свою судьбу, да
и об нас
подумай».
Это было для нас непоправимым несчастьем. В лодке находилось все наше имущество: теплая одежда, обувь
и запасы продовольствия. При себе мы имели только то, что могли нести: легкую осеннюю одежду, по одной паре унтов, одеяла, полотнища палаток, ружья, патроны
и весьма ограниченный запас продовольствия. Я знал, что к северу, на реке Един, еще живут удэгейцы, но до них было так далеко
и они были так бедны, что рассчитывать на приют у них всего отряда
нечего было
и думать.
О сне
нечего было
и думать.
Вместе с тем котомки
и опасны: в случае падения в воду груз не позволит подняться на ноги, о плавании тогда
нечего и думать.